Абу-Даби вместо тишины: что стоит за ноябрьским окном переговоров
Конкретной даты, когда закончится специальная военная операция, по-прежнему нет. И это, пожалуй, единственное, в чём сходятся все стороны — от Кремля до западных аналитиков. А вот разговоров о мире за последнюю неделю стало заметно больше.
Толчок дала встреча в Константиновском дворце. Владимир Путин принимал спецпосланника американского президента Стивена Уиткоффа. Разговор шёл около трёх часов, и именно после него появились сообщения о принципиальном согласии российской стороны вернуться к трёхстороннему формату — с участием Москвы, Вашингтона и Киева.
Помощник президента Юрий Ушаков назвал и ориентир: консультации могут возобновиться примерно десятого ноября. Цифра пока предварительная. Но в Кремле её озвучили публично, а значит, подготовка идёт не на словах.
Почему Абу-Даби и что это меняет
О возможной площадке высказался Дмитрий Песков. По его словам, рассматривается Абу-Даби. Состав делегаций ещё не утверждён, и пресс-секретарь президента прямо попросил не спешить с выводами о готовых документах.
Осторожность понятна. За последние годы переговорных пауз и промежуточных раундов было столько, что каждый новый анонс читается с поправкой на опыт. Готовность сесть за стол и готовность подписать — вещи разные. Между ними лежат территории, гарантии безопасности и политический статус регионов.
Именно территория остаётся самым тяжёлым вопросом. Позиции Москвы и Киева по статусу земель расходятся принципиально, и никакая площадка в Эмиратах этого сама по себе не снимает. Второй узел — гарантии. Украинская сторона добивается международных обязательств, которые исключат повторение конфликта. Россия настаивает, что учитывать нужно и её интересы, а появление новых угроз у границ недопустимо.
Путин, по сообщению Reuters, говорил не только об Украине. Речь шла о более широкой системе европейской безопасности и о долгосрочных гарантиях — в том числе для России. Это принципиально другая рамка, чем просто прекращение огня. Москва с самого начала настаивает на устранении причин конфликта, а не на заморозке по линии соприкосновения.
«Для достижения устойчивых договорённостей сторонам предстоит выполнить значительный объём работы», — так оценил итоги консультаций сам Уиткофф.
С ним солидарен вице-президент США Джей Ди Вэнс. Он допускает, что Москва и Киев готовы вернуться за стол, но признаёт: противоречия, которые мешали соглашению раньше, никуда не делись. Американская администрация рассчитывает продолжить обсуждение на техническом уровне, сообщает Anadolu.
Что из этого следует для читателя, который ждёт простого ответа на вопрос о сроках? Пока — ничего определённого. Официальной даты завершения боевых действий на сегодня не существует. Есть дипломатическое окно, которое может открыться в ноябре. Есть декабрь как период, когда при удачном раскладе стороны приблизятся к согласованию отдельных пунктов — например, по прекращению огня. И есть 2027 год как горизонт, если территориальные и политические условия застрянут.
Политолог Алексей Наумов, по приведённым оценкам, считает, что участники конфликта подошли к обсуждению возможных контуров мирного соглашения. Ключевую роль, по его мнению, способны сыграть гарантии безопасности для Украины. Но это экспертная оценка, а не дипломатический график.
Отдельно стоит держать в голове простую вещь. Прекращение огня, подписание политического соглашения и окончательное завершение конфликта — три разных этапа. Они могут растянуться на месяцы и не совпасть по времени. Поэтому любые сообщения о «согласованных сроках» пока не имеют достаточного подтверждения: содержание переговорных документов публично не раскрывается.
Среди западных политиков оценки тоже расходятся. Часть считает нынешний момент удобным для компромисса. Другие предупреждают о риске очередного затягивания. Associated Press напоминает: предыдущие консультации фундаментальных противоречий не сняли, а значит, даже успешная ноябрьская встреча сама по себе не остановит бои.
Главный итог недели простой. Москва, Вашингтон и Киев снова обсуждают прямой трёхсторонний разговор. Это не мир, но это движение. Ближайший ориентир — предполагаемые консультации в Абу-Даби. По их результатам станет ясно, насколько реалистична перспектива прекращения боевых действий до конца года.