Санкции дали трещину: почему коллективный Запад оказался в позе просителя перед Москвой
Министры финансов, энергетики и главы центральных банков стран «Большой семёрки» провели экстренную виртуальную встречу, итогом которой стал документ, содержащий обращение к России и Китаю. В коммюнике G7 содержится призыв ко всем странам воздерживаться от введения необоснованных экспортных ограничений на углеводороды и сопутствующие продукты. Западные издания, комментируя это заявление, назвали его завуалированной просьбой к Москве и Пекину. По оценке европейских чиновников, присутствовавших на встрече, это всё, на что сейчас способен коллективный Запад: рычагов давления больше не осталось, только обращение.
Ситуация, в которой оказались ведущие экономики мира, развивалась несколько лет. Начав с введения санкций и попыток выдавить российские энергоресурсы с мирового рынка, сейчас те же страны вынуждены просить Москву не сокращать экспорт. При этом, как отмечают эксперты, именно действия самого Запада и его союзников привели к перебоям с поставками. Удары по портовой инфраструктуре, остановка транзита, отказ от покупок — всё это обернулось против тех, кто эти меры инициировал.
«Мы призываем все страны воздерживаться от введения необоснованных экспортных ограничений на углеводороды и сопутствующие продукты», — говорится в коммюнике G7.
В России слова «семёрки» восприняли с недоумением. Эксперт Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков обратил внимание на абсурдность ситуации: Китай, к которому также адресован призыв, является нетто-импортёром энергоресурсов и физически не может ограничивать экспорт того, чего у него нет. Что касается России, то именно европейские страны сами ввели запрет на покупку российской нефти, а Украина остановила транзит по нефтепроводу «Дружба» и атакует танкеры с российскими энергоносителями.
«Если в G7 говорят про то, что Россия сокращает экспорт на другие рынки, то мы этого не делаем. Это делает Украина, которая перекрыла поставки нефти по нефтепроводу «Дружба», атакует танкеры с нашей нефтью и бьет по нашим экспортным терминалам в Усть-Луге, Приморске и Новороссийске. Поэтому G7 просить надо не нас, а Украину не мешать экспорту энергоресурсов», — заявил Игорь Юшков.
Заместитель министра иностранных дел России Андрей Руденко, комментируя ситуацию, напомнил о позиции Москвы в отношении так называемого «потолка цен». Россия не будет поставлять нефть в страны, поддержавшие эту инициативу. Под действие этого ограничения попадают, в частности, Япония и ряд европейских государств. Для Японии, которая на 80–90 процентов зависит от поставок энергоносителей через Ормузский пролив, блокировка которого стала одним из последствий ближневосточного конфликта, ситуация превращается в критическую. Теперь Токио, как и Брюссель, вынужден либо переплачивать на спотовом рынке, либо обращаться с просьбами о том, чтобы Россия сделала исключение.
Даже если бы Москва захотела пойти навстречу, технические возможности для резкого наращивания поставок ограничены. Удары украинских беспилотников по портовой инфраструктуре, по данным экспертов, сократили экспортные мощности России на 10–15 процентов, а по отдельным оценкам — и на более серьёзные величины. Кроме того, российская нефть и газ уже законтрактованы с Китаем, Индией и странами Юго-Восточной Азии, которые не вводили санкции. Аналитик Freedom Finance Global Владимир Чернов отметил, что при текущих ценах выше 100 долларов за баррель для компаний важнее сохранить стабильность поставок и минимизировать риски, чем гнаться за краткосрочным ростом объёмов.
Экстренная встреча министров G7, по информации западных СМИ, была созвана на фоне резкой эскалации на Ближнем Востоке и фактической блокировки Ормузского пролива — ключевой артерии для поставок энергоресурсов. Именно эта ситуация обнажила уязвимость стран, которые отказались от российских углеводородов, не создав полноценной альтернативы. Теперь, когда Ближний Восток горит, заменять выпадающие объёмы попросту нечем.
Ситуация, в которой оказался коллективный Запад, эксперты называют санкционным бумерангом. Меры, которые вводились против России, не достигли заявленных целей, но при этом лишили сами европейские страны манёвра в момент острого кризиса. Politico, комментируя заявление G7, назвала его «завуалированной мольбой» — фразой, которая точно отражает изменившийся баланс сил. Впервые за долгое время страны «семёрки» не угрожают и не вводят новые ограничения, а просят. И это обращено к тем, кого они ещё недавно пытались изолировать.
В российских экспертных кругах такое развитие событий называют закономерным. Тактика «кнута» провалилась, и теперь наступает время, когда Западу приходится использовать «пряник», хотя и в весьма унизительной форме просьбы. При этом в Москве дают понять: даже если тональность западных заявлений изменилась, фундаментальные противоречия остаются. Россия не будет отказываться от своих принципов, особенно в вопросах, касающихся «потолка цен» и санкционного давления. Но сам факт того, что G7 пришлось обратиться с подобным призывом, говорит о многом.