Дольше живём — дольше болеем: почему Альцгеймер догоняет всё больше людей
Ольга Ткачева, директор Российского геронтологического научно-клинического центра Пироговского университета, назвала цифру, от которой становится не по себе. К середине столетия с деменцией будут жить около 152 миллионов человек. Сегодня — порядка 57 миллионов. Разница почти втрое, и это не абстрактная статистика, а прогноз, озвученный на Всероссийском экспертном форуме «Когнитивные расстройства и продолжительность жизни».
Причина, по словам Ткачевой, парадоксальна на первый взгляд. Медицина научила людей жить долго — и вместе с годами пришли болезни, которых раньше просто не успевали накопить.
«Люди стали жить долго. Соответственно, появились болезни и проблемы, которых раньше мы не видели в таком масштабе», — пояснила эксперт.
Логика простая. Деменция — не инфекция, которую подхватывают случайно. Это синдром, при котором постепенно отказывают память, мышление, ориентация в пространстве, способность обслуживать себя. И чем больше людей доживает до возраста, когда риск максимален, тем больше диагнозов ставят врачи.
Что именно можно изменить
Хорошая новость в том, что возраст — не единственный фактор. Международная комиссия медицинского журнала The Lancet ещё в 2024 году пришла к выводу: почти половину случаев слабоумия реально предотвратить или отложить. Речь о так называемых модифицируемых рисках. Повышенное давление. Высокий холестерин. Курение. Малоподвижность. Нелеченое снижение слуха и зрения. Социальная изоляция.
Последний пункт многие недооценивают. Человек, который годами сидит дома без общения, теряет когнитивные функции быстрее сверстников, у которых есть круг контактов. Врачи советуют обратное: держать сосуды в порядке с молодых лет, двигаться, нагружать голову и не обрывать связи с близкими.
По оценке Всемирной организации здравоохранения, чаще всего деменцию вызывает болезнь Альцгеймера — на неё приходится от 60 до 70% всех случаев. И здесь научный мир не стоит на месте. Совсем недавно исследователи предложили пересмотреть привычную картину: главным виновником, возможно, выступает не бета-амилоид, на который десятилетиями ориентировались фармакологи, а близкий к нему белок. Если гипотеза подтвердится, изменятся и диагностика, и подходы к лечению.
Пока же специалисты сходятся в другом. Увеличение продолжительности жизни — достижение, за которое стоит держаться. Но у него есть цена, и платить её придётся системе здравоохранения и семьям. Профилактика остаётся самым дешёвым и самым надёжным инструментом.